Добрущина и война…

Пятница, 25.05.2018, 02:32

Приветствую Вас Гость | RSS | Главная | Отряд Лео | Регистрация | Вход

Отряд Лео
 
В конце мая (из кн. Михайлашева "Буря гнева" стр.59 - 31 мая) 1942 года  с подмосковного аэродрома взлетел самолёт, на борту которого находилась разведывательно-диверсионная группа. Её командир – Алексей Павлович Коробицин (псевдоним – «Лео») – имел на руках паспорт, якобы выданный Минским отделением милиции на имя А.П. Кораблёва. В состав группы входили: Ф.Кравченко («Панчо»), радист Г.Антоненко («Поль»), а также австрийцы-антифашисты И.Штейнер («Тарас») и М.Ляйтнер («Максим»). Группа была хорошо вооружена и снабжена рацией. Выброску во вражеском тылу наметили в районе Чечерска Гомельской области. Кораблёв-Лео получил чёткие инструкции: вскрывать характер и объёмы передвижения фашистских войск и военных грузов на железнодорожных магистралях: Гомель – Жлобин, Гомель – Мозырь, Гомель – Брянск; устанавливать находящуюся в районе Гомеля группировку вражеских войск – номера частей, их состав, вооружение, дислокацию штабов, полевых аэродромов, баз горючего, а также оказывать помощь партизанам в разведывательно-диверсионной деятельности. После высадки Лео должен был встретиться с командиром одной из партизанских групп отряда Алексея Фёдоровича Фёдорова по паролю.
Не прошло и часа, как послышалась команда: «Прыгать!». Группа дружно покинула самолёт и сравнительно быстро, без особых приключений собралась на земле. Полдня Лео вёл группу то топкими болотами, то густым лесом. В голову лезли тревожные мысли: «Долго же тянется этот чёртов лес... А впрочем, тот ли это лес?.. Не ошибся ли в расчётах штурман самолёта?»
Лео приказал группе расположиться на отдых, а сам двинулся дальше, на разведку: может быть, встретится поблизости какой-нибудь затерявшийся хуторок. Он шёл недолго. Через двадцать-тридцать минут лес расступился, и показался край небольшой деревеньки... Спустя ещё полчаса тамошние партизаны доставили его к своему командиру.
Лео рассказал ему, сколько в группе человек, как летели, прыгали с парашютами, сообщил, что в группу включены два австрийских антифашиста. И эта последняя подробность произвела впечатление взорвавшейся бомбы. Командир партизанской группы вскочил из-за стола, выхватил пистолет:
– Фрицы, говоришь, в твоей группе? Из Москвы присланы? А ну-ка, руки вверх!.. Арестовать его и всю шайку. Дежурное отделение – в лес, и чтобы через полчаса все до единого были тут!
Двенадцать дней и ночей разведчики просидели под строгим арестом. Допрос следовал за допросом.
– Сознавайтесь: как, откуда и зачем немцы забросили вас в наш отряд? – настаивал командир партизанской группы.
Лео снова и снова повторял, что они направлены сюда Центром, Москвой, что у них специальное боевое задание. Командир начал терять терпение и пригрозил немедленно всех расстрелять, на что Лео ответил:
– Расстрелять нас дело нехитрое. Это вы всегда успеете. Снова предлагаю запросить по нашей рации Москву. Подтвердят то, что я сказал, – хорошо, а нет – расстреливайте.
– Не знаю, кто нам ответит – Москва или Берлин.
Арестованных увели. Партизаны долго совещались, пока наконец их командир объявил решение:
– Хорошо, не будем больше кудель крутить. Передайте по своей рации Центру такое сообщение: «Партизаны Гомельской области восстановили советскую власть в 103 населённых пунктах. 30 мая партизанами уничтожен фашистский карательный отряд». Пусть включат это в очередную сводку Совинформбюро и прочитают по радио. Если не будет этого – всё, кланяйтесь господу богу!
Законы войны суровы. Выбора не было, а в голову снова закрадывались тревожные мысли: прочтено ли наше сообщение, не искажено ли, успеют ли включить в очередную сводку?
11 июня 1942 года, оглашая сводку Совинформбюро, диктор прочитал и то самое короткое сообщение о деятельности гомельских партизан.
– Прости, друг, – услышав голос Москвы, – сказал Кораблёву (Коробицыну) партизанский командир. – Война... Сам понимаешь.
Из книги Н.Михайлашева "Буря гнева"
-стр. 59:
Пока наш взвод громил в Кормянском районе гитлеровцев и создовал новый партизанский отряд Аверьяна Ушакова, чечерцы с недоверием встретили пятерых парашютистов, сброшенных 31 мая с самолета возле деревни Осиновка. Казалось бы, все ясно: командир этой группы , Алексей Павлович Коробицын, привез с собой письмо первого секретаря Чечерского райкома партии Подоляка, адресованное Дедику, Короткому, Юрченко, Балыкову и другим коммунистам. Письмо ни у кого не вызвало сомнений. И все же...
А почему двое из них в немецком обмундировании?
Почему у них документы, оружие и все вещи немецкие? Почему они разговаривают с немецким акцентом? Напрасно Коробицын пытался убедить партизан в том, что его группа заброшена из Москвы со специальным заданием. Парашютистов посчитали немецкими шпионами и распорядились арестовать.
Возражения некоторых партизан не помагли.
- Надо расследовать, что за птицы, - ответили им.
Расследовать, а как? Не станешь же запрашивать у немцев, не их ли шпионы.
После долгих споров и раздумий выход все же был найден.
- Сообщите по своей рации в Москву, - предложили Коробицыну, - что партизаны Гомельской области восстановили Советскую власть в ста трех населенных пунктах и тридцатого мая уничтожили немецкий карательный отряд. Если в течение ближайших десяти дней это сообщение будет передано по радио в последних известиях, значит, вы действительно наши люди, если нет, мы вас расстреляем, как немецких шпионов.
Иного способа проверки у нас нет.
Ни один мускул не дрогнул на суровом лице командира разведчиков.
- Ваши условия мы принимаем, - коротко ответил он.
В тот же день сообщение было передано в Москву. Сутки прошли, вторые, третьи...
Радиопередачи из столицы прослушивались от начала до конца. И ни в одной из них ни единого столь ожидаемого всеми слова...
Вдруг на четвертый день Левитан, будто специально для партизан-чечерцев, начал рассказывать о том, как в ста трех населенных пунктах Гомельщины народные мстители восстановили Советскую власть и как в жестоком бою они тридцатого мая разгромили крупный немецкий карательный отряд.
Радостное "ура!" грянуло по всему лагерю:
- Наши!
Обиделись ли разведчики на партизан за недоверие, чуть было не стоившее им жизни? Возможно, хотя ни Корбицын, ни его товарищи не обмолвились об этом. На нашем месте и в наших условиях, когда гитлеровцы применяли самые разнообразные способы для заброски своей агентуры в партизанскую зону, такая повышенная бдительность была необходима.
 Отдохнув у чечерцев несколько суток, разведчики Коробицын, Кравченко, радист Гриша Антоненко и антифашисты-австрийцы И.Штейнер (Тарас) и М.Ляйтнер (Максим) отправились к своему месту назначения - в добрушские леса под Гомель. Для их сопровождения командывание отряда выделило группу партизан во главе с Михаилом Игнатовичем, в которую был включен и боец моего взвода Николай Гетин.
В эту ночь все спали сном праведников. А следующим утром группа ушла по своему маршруту.
Из книги Н.Михайлашева "Буря гнева"
-стр. 70:
...Николай рассказал, что группа Коробицына и сопровождавшие ее наши партизаны без помех добрались до добрушских лесов, где и остановились недалеко от деревни Пчелки. Установили связь с местными подпольщиками, ведут разведку, устроили несколько диверсий на железных дорогах. Сначала командиром у них был Михаил Игнатович, потом стал Федор Кравченко, а комиссаром - Алексей Коробицын...
- стр. 124:
...Разедывательно-диверсионная группа Алексея Коробицына выросла после объединения групп в партизанский отряд. Командиром его стал Федор Кравченко, комиссаром - Алексей Коробицын....
Позднее партизанский командир Пётр Балыкин и Кораблёв (Коробицын) не раз встречались как близкие друзья, помогая друг другу решать боевые задачи.
Восемь месяцев и одну неделю в тылу гитлеровцев действовала разведывательная группа Лео (группа Коробицына). Самостоятельно, а порой и совместно с партизанскими отрядами она делала своё нелёгкое и опасное дело.
 
             

О характере работы группы говорят скупые донесения, хранящиеся и поныне в архивных делах:
– 12 июня 1942 года.
Шестнадцатого выхожу на задание Гомель – Жлобин с отрядом в 20 человек. Уверен успехе. Лео.
– 14 июня 1942 года.
Для вооружения новых партизанских отрядов Гомельской области помогите оружием, рацией, радистами. Выброска в районе спуска группы. Ждём указания сроков. Явка прежняя. Лео.
– 21 июня 1942 года.
Организовано наблюдение за ж.д. Гомель – Брянск. Срочно сообщите время выброски двух радистов, радиопитания, аптечек партизанам Гомельщины. Сбрасывайте лесной площадке. Знак – четыре костра. Лео.
– 15 ноября 1942 года.
Группа совместно с отрядом Фёдорова подвела итог шестимесячной диверсионной деятельности. Пущено под откос 11 воинских эшелонов, уничтожено 5 грузовых и 11 легковых автомобилей, убито 1485 гитлеровских солдат и офицеров, ранено – 330, в т.ч. генерал СС и подполковник. Лео.
– 16 ноября 1942 года.
Находимся зимовке Клетнянском лесу расположении отряда Фёдорова. Лео.
– 6 декабря 1942 года.
Высылайте карту-километровку Брянск – Смоленск до Днепра, пятикилометровку – южнее Брянска. Лео.
– 17 декабря 1942 года.
Выброску груза необходимо ускорить. Нуждаемся медикаментах, маскхалатах, патронах, толе с упрощёнными взрывателями. Просим ускорить вылет самолёта с посадкой для отправки тяжело раненного бойца и больного «Тараса». Самолёт и груз можем принять на площадке соединения Фёдорова. Сигналы посадки – четыре костра в линию и один 100 метров правее. Лео.
– 22 января 1943 года.
Ввиду натиска противника оставляем лагерь вместе с соединением Фёдорова. Лео.
– 10 февраля 1943 года.
 Двигаемся с Фёдоровым. Ежедневные бои не позволяют дать координаты. «Макс» ранен, «Тарас» болен. Есть обмороженные. Лео.
– 15 февраля 1943 года.
Высылаете ли радистов? Обеспечена легализация женщины и подготовлена агентура в Добруше. Находимся в Злыновских лесах.
В архивных делах сохранился ещё один документ. В нём говорится, что 5 марта в Москву возвратилась группа Лео в связи с крайним истощением и пищевым отравлением. Она находится на излечении в военном госпитале, расположенном в Тимирязевской сельскохозяйственной академии. Выражается просьба выделить некоторые продукты для усиленного питания.
В изданном в ГРУ ГШ в послевоенные годы альбоме «Слава и гордость советской разведки» под редакцией генерала К.Н. Ткаченко говорится:
«Информация, полученная от группы Лео, имела важное значение для планирования боевых действий наших войск по освобождению Гомеля и других районов Белоруссии».
За отличное выполнение этого боевого задания в тылу противника А.П. Коробицин награждён орденом Красной Звезды и медалью «Партизан Отечественной войны» I степени.
 
Из книги «ГЕРОИ ОГНЕННЫХ ЛЕТ». Очерки о москвичах – Героях Советского союза. Московский рабочий, 1985.
 
В ночь на 8 мая 1942 года группа в немецкой форме была выброшена на парашютах в Гомельской области с задачей ведения разведки на местных железнодорожных узлах и активизации партизанского движения. Десантирование прошло успешно, за исключением того, что не раскрылся парашют с грузовым контейнером, в котором, помимо запасов провизии и боекомплекта, находились резервные батареи к радиостанции. Радист Антоненко вопреки инструкции прыгал вместе с рацией. Основных батарей хватило ровно на шесть сеансов связи, после этого разведывательная группа превратилась в обычный партизанский отряд, лишенный поддержки с Большой земли. Но как бы там ни было, разведчики приступили к выполнению второй части своего задания: постепенно к ним начали прибиваться бывшие окруженцы, перезимовавшие в деревнях, местные жители и т. п. В конце мая люди Коробицына столкнулись с разведкой гомельского партизанского отряда, которым командовал третий секретарь обкома Андрей Аверьянович Куцак.
Отряд Куцака был большим — 400 штыков, развернутая сеть оповещения и наблюдения, хорошая материальная база и пункт постоянной дислокации. Партизаны пригласили разведчиков к себе в гости, устроили застолье, мытье в бане, выделили «москвичам» отдельную землянку. А когда утром те проснулись, то обнаружили себя обезоруженными и под усиленной охраной. Партизаны скоро раскрыли им свои карты, указывая на австрийцев: «Никакие вы не советские разведчики, а немецкие прихвостни, имеющие задачу своими действиями возмутить местное население против партизан. Одним словом, маскарад. А если вы действительно с Большой земли, то вот вам рация, и пусть в сводке Совинформбюро прозвучит, что партизаны Гомельской области 30 мая уничтожили карательный отряд, а всего за прошедшее время восстановили советскую власть в 103 населенных пунктах».
9 июня голос Левитана на весь мир поведал об этом из репродукторов. До этого момента группа «Лео» находилась в партизанском отряде на правах пленных. Услышали это сообщение и в отрядах будущей легенды партизанского движения Алексея Федоровича Федорова, против которых на тот момент немцы проводили крупную карательную операцию. На совещании в штабе федоровцы приняли решение прорываться на Гомельщину. После встречи разрозненных партизанских отрядов Федоров возглавил крупное соединение. Лео — Коробицын — решил дальше действовать самостоятельно, его группу пополнили местными бойцами-проводниками, а Панчо — Кравченко — Алексей Федорович оставил у себя, сделав главой отряда подрывников. Центр против такой рокировки не возражал. За два летних месяца 1942-го отряд подрывников Кравченко уничтожил 29 немецких эшелонов. Правительство наградило Федора Иосифовича недавно учрежденным орденом Отечественной войны I степени.

Меню сайта

Мой баннер

Буду благодарен, если Вы разместите баннер моего портала на своем сайте.
  • Посмотреть мой баннер
  • Форма входа

    Поиск

    Календарь

    «  Май 2018  »
    ПнВтСрЧтПтСбВс
     123456
    78910111213
    14151617181920
    21222324252627
    28293031

    Наш опрос

    Оцените мой сайт
    Всего ответов: 224

    Статистика


    Онлайн всего: 1
    Гостей: 1
    Пользователей: 0